| (no subject) |
[Dec. 4th, 2006|06:33 pm] |
|
В этом поезде нельзя сойти на следущей остановке, а можно только апатично наблюдать как они пролетают мимо и исчезают позади тебя. Сначала ты мечешься, потом ты злишься.. через ещё остановку ты клянёшься себе и ещё бесчисленному количеству людей и этому проклятому поезду что.. а он всё летит.. через ещё несколько остановок ты устанешь.. и ещё несколько ты начинаешь наблюдать. Со временем у тебя появляется Эта улыбка. Это улыбка матери наблюдающей за проделками своего сорванца - немного грусти смягчённой безвыходностью собственного положения. Мы же обязаны её любить, эту Жизнь со всеми её каверзами, только в отличии от той матери, мы скорее принадлежимы чем обладаем. И каждая остановка = очередное разочарование но мы не можем сойти и поэтому едем и уставая, нам остаётся наблюдать с усмешкой на остающееся позади, что-то вроде - поскольку я не могу изменить ситуацию я хотя бы изменю выражение лица. А поезд всё мчится в одном направлении и мимо нас пролетают картины, моменты, пейзажи, дорогие нам и которые мы больше не увидим никогда. Потому что с каждой остановкой тебя остаётся всё меньше и меньше ибо ты точно знаешь что больше не увидишь их никогда. А точнее никогда не почувствуешь. Ты чётко ощущаешь как теряешь частичку себя и больше никогда не будешь там. Это поезд в одном направлении - глубоко в себя. Тебя замыкает очередная остановка. |
|
|
| (no subject) |
[Nov. 16th, 2006|12:23 am] |
Колина мама умерла внезапно. Ей было 36. Она ничем не болела а просто упала в обморок посреди комнаты и не вернулась. Поэтому наверно было особо тяжело переварить её уход, не было времени как-то морально подготовиться (или хотя бы попытаться) к её приближающейся смерти, как это например происходит с близкими больных раком. Для Коли же это было особенно тяжело, учитывая то что отец умер всего лишь пару лет тому назад и после смерти матери Коля остался один. То есть ему выходило слыхать о каком то троюродном дяденьке в Москве но он не имел представления даже как с ним связаться. В армии Колю сразу же отпустили в отпуск на неопределённый период, дом сразу же набился толпой а вместе с ней вся кухня набилась едой. Неужели все эти люди приносящие огромные миски, кастрюли и сетки набитые всякой снедью, действительно думали что вот сейчас Коля усядется за стол, потирая ручки и примется уплетать фирменный борщ тёти Гали ? Коля естественно ничего не ел, он рассеянно бродил по шумным комнатам в мамином халате подкуривая сигарету сигаретой. Было решено не оставлять его ни на секунду одного. Был дежурный который выходил с ним на прогулки вокруг дома, была дежурная компания остававшаяся на ночь, были дневные и вечерние смены. Никто особо не задавался Колиным мнением по поводу подобного расклада, а вобщем у Коли в эти дни и не было особого мнения по поводу чего либо как например спать, есть, мыться. Его кормили, засовывали под душ и укладывали спать. Я переехала жить к Коле с первого дня. Мы были хорошие друзья со школы, соседи и тогда, в свои далёкие 18, моей юной и неогрубевшей душе понятие самоотверженности звучало осмысленным. Мне, в отличие от Коли, отпуска от армии не полагалось и поэтому дни становились всё тяжелее и тяжелее, когда позволив себе заснуть только после Коли в четыре, приходилось подрываться в шесть в армию. Но я, проникнувшись той самой пресловутой самоотверженностью с легкостью несла эту тяжесть. Поэтому наверно я и не замечала что в принципе, весь это собравшийся люд (который также много и долго любил напоминать о собственной самоотверженности и обо всех делах которые были брошены РАДИ Коли) находился там круглосуточно совсем не ради Коли. Коле было глубоко всё равно. Коля находился вобще в ином мире. Коля часами перебирал семейный альбом, тот самый который иногда доставала мама, усаживала его рядом и теребя его волосы листала с ним страницы с которых им улыбался отец. И поверьте мне, то что в тот момент к Коле подходил Ицик, тупой прапор с базы, с которым Коля изредка ловил тремп домой, и похлопывая его по плечу процеживал стократное "миштатеф бецаарха, ахи“ навряд ли долетало до того мира в котором Коля сейчас находился. А мы все находились в этой тесненькой, совершенно не готовой для такого количества народа, квартирке – каждый по своей причине. Кто, совсем далекий от происшедшего, как например всякие непонятные люди с маминой работы, которые пришли просто за компанию с другими, некоторые просто услышали о "масштабе трагедии" – мол, молодой мальчик, сиротой остался, пришли поглазеть. Кто, как тот же Ицик например, знакомые лично с Колей, пришли из за чувства долга. Те же кто действительно был близок к семье и переживали собственный шок приходили сюда чтобы достать наружу своё же горе. Но в любом случае, все, без исключения, находящиеся в этом ужасном доме, находились здесь из за себя. Собственного страха, собственного любопытства, собственного горя, и какой бы ни была их причина она имела крайне слабое отношение к самому Коле. Время шло но народ не уходил. Прошел где-то месяц а в квартире по прежнему проходной двор. Постепенно стали проскальзывать улыбки, шутки.. ещё бы, столько спиртного и столько времени рядом сблизили и сделали своё дело. На Колю уже мало обращали внимания, теперь он почти не выходил из своей комнаты но это никого не тревожило. Мне даже кажется что постепенно там стали появлятся люди которые совсем не знали Колю и его историю а просто заходили "на огонёк", я уже не говорю о "старожилах" которые уже давно перестали приходить "ради" Коли а просто поимели привычку бухать на кухне на которой по прежнему не кончались халявные продукты и выпивка. Мне постепенно становилось мерзко. Но сказать кому-то в лицо, при всех, что мне лично не верится что вот он пожаловал сюда утешать сироту а скорее опрокинуть стопарик и помацать очередную блондинку - у меня не поворачивался язык, даже если это именно то что он в тот момент и делал. Это было бы некрасиво с моей стороны. Гораздо более некрасиво чем то что делали они (и это произносится без капли цинизма). Подобный поступок с моей стороны ужаснее тем что он достаёт наверх всю человеческую грязь которую мы все вместе носим в разных порциях с собой, но пока никто об этом не говорит то в принципе вполне логично считать что её нет (также без капли цинизма). К счастью, мне помог Ицик. Он взял на себя все хлопоты связанные с похоронами. Он собирал со всех приходящих деньги а также предлагал, у кого было, скинутся Коле на ближайшее будущее, что было весьма полезно учитывая то что мать оставила Коле только большой минус и невыплаченный схирут. Ицик явно умел собирать деньги ибо банка в которую скидывались гости каждый день наполнялась заново. Она стояла на кухне посреди стола и Ицик бойко приглашал народ помочь чем может, громко, при всех, ну кто тут откажет, наоборот, все старались показать что именно за купюру они кидают в банку. Однажды утром, зайдя на кухню я заметила что банка исчезла. Вместе с банкой пропал и Ицик. Ещё много лет спустя мне хотелось как-то встретить его случайно на улице и спросить. Со временем я поняла что мне нечего его спрашивать. После этого инцидента мы выдворили всех оттуда и наконец то наступила тишина. Наконец то стало видно Колю. Глядя на него нельзя было сказать что прошло почти два месяца, по его лицу это как будто произошло вчера, даже хуже – на его лице осела усталость. Он устал от собственного горя. Я уже понимала что ничем не могу ему помочь кроме как сидеть и теребить ему волосы когда он листает семейный альбом. В один из таких вечеров, когда Коле было особо плохо я приподняла его и прижала к себе. Мне наивно казалось что может хоть это как то аукнется в той пустыне в которой он так устал бродить за последние месяцы, может это способно вернуть его к нам, другим, конечно же неисправимо другим, но всё же. Коля вцепился в меня казалось изо всех сил.. и тут, мне даже сначала подумалось что мне показалось, но Коля начал меня гладить. Я онемела. Застыв, я ждала что будет дальше чтобы понять что происходит и это подоспело незамедлив. Коля опрокинул меня навзничь и совершенно недвумысленно потянулся к своим штанам, плотно прижимая меня к дивану. Вас когда нибудь погружали очень внезапно в очень темный и глухой колодец? Как оказалось, это весьма неуютное ощущение...
Прошло два года. За это время Коля успел связаться с тем самым троюродным дядькой, который оказался большой шишкой в Москве, уехать туда и открыть новый лист. Мне позвонили старые друзья сообщить что Коля приехал в гости на пару неделек и намечается сборище. Придя туда я встретила другого Колю. Колю который то и знал как расписывать свего золотого (в самом прямом смысле) дядюшку и свою новую, не менее позолоченую жизнь которой он обязан исключительно ему. Это был не тот Коля с потухшими глазами, слонявшийся по грязной квартире в мамином халате, и это было не то остервенелое Существо из той злосчастной ночи, которого, мне кажется, мы оба тщательно стараемся не помнить. Это был наглый, самодовольный, крикливый пижон, объяснявший нам, провинциалам, что такое Москва. Я смотрела на него.. и мне было его безнадёжно жалко. Правда, не совсем ясно уже из за чего. |
|
|
| (no subject) |
[Jul. 11th, 2006|11:41 pm] |
|
Да, я сделала ошибку. Что пошла спать рано. Да, я это понимаю сейчас подорвавшись в пять утра когда мне предоставлено по уставу ещё несколько добрых часиков сна. Да, это злит, и я никак не собираюсь начинать этот день сейчас. Что поделаешь, организм привыкший к 6 часам сна, уложеный в 10 в постель проснётся в 5. Вот такая вот арифметика сраная. Надо заснуть. Надо срочно заснуть но от подобных приказаний быстрее не заснётся. Не помогли также надуманые розовые мечты и прочие дешёвые способы. И тогда, в момент вспышки гениальности, я поставила себе будильник с нудником. На 5:20. К этому времени я была уже достаточно вялой но не спала. И вот услышав до боли знакомые звуки во мне тут же проснулся основной инстинкт коий преследует меня каждое утро – и это, услышав будильник, по тебе протягивается одно больше стонущеее – о, боже как хочется ещё поспать!!!!! И вот после нескольких таких позывных нудника, в подсознании отключив обычный механизм тревоги – Бля буду, ну ведь вставать же надо!! Я тихомирно заснула (так и забыв поставить будильник на нужное время, благополучно проспав на работу, ну да ладно, не в первой). Как говорится клин клином выбивают. |
|
|
| (no subject) |
[Jul. 11th, 2006|11:40 pm] |
|
Пол-четвёртого утра. Это наверное самое тихое время в сутках. Это когда все уже давно заснули но никто ещё не успел проснутся. Даже птички. Я как бы уже довольно таки исчерпала сегодняшний день но спать неособо хотелось, вот и сижу себе в салоне, с притушенным светом, ффтыкаю вокруг. В этой квартире я провела почти год и вот скоро мне отсюда уезжать. Этот дом был задолго до меня и также долго ещё здесь останется после моего ухода. Он видел много жильцов, совершенно разных. И многое в нём менялось конечно, но есть вещи которые вечные в нём. Вот этот шкаф например. Огромный, во всю стену, от пола до потолка набитый книгами, он был здесь с самого начала. Книги в нём со всего мира, на разных языках и разных времён. Я почти уверена что здесь есть хотя бы одна книжка которую никто никогда не открыл. А есть книги которые прошли несметное количество рук. Сколько глаз видно видел этот шкаф, которые подходили к нему разглядывая его содержимое.. пустых, любопытных, скучающих, восторженных.. интересно как он смотрел на них, всех этих проходящих и преходящих. Вот старинный громоздкий подсвечник. Сколько свечек в нем верно расстаяло, сколько вечеров он освещал. Все эти вещи, они были немыми свидетелями стольких моментов радости, веселий, слёз, скандалов, бесконечных разговоров, напряжённых молчаний и ещё столько всего происходило при них.. ведь они обязательно, хоть на каком то мистическо-универсальном уровне должны были это как-то ощущать, ведь они были частью этого, что-то точно впиталось и всё это они несут сейчас в себе. Ах если бы только это можно было прочитать.. |
|
|
| На дне |
[Jun. 30th, 2006|07:05 pm] |
|
У каждого своё дно. У всех это сугубо личная, одному ему предписаная грань. Мы сами её не знаем. Пока не коснёмся. А до тех пор мы можем метаться из стороны в сторону, кричать вслух или онемевши, обещать себе и остальным всё что угодно, верить, искренне верить и снова разочаровываться, уставшими тянуть дальше, мутить себе рассудок самообманом, злиться, взрываться, падать, бесконечно падать.. но всё это не то.. всё это лишь звенья, сами по себе неспособные вызволить нас из главной мрочни. Это когда плохо но не совсем, не до конца.. ты барахтаешься и как то нет сил или смелости что-то менять. Это нормально. Это всего лишь значит что ты ещё не Там. Это всего лишь значит что можно спокойно наблюдать за собственным падением на своё дно. И только тогда, коснувшись его, ты сможешь оттолкнувшись – всплыть. Ровно, без запинок и сомнений, это сработает само. Или же нет... |
|
|
| (no subject) |
[Jun. 6th, 2006|10:13 pm] |
У Виктора Пелевина есть увлекательнейший рассказ. Называется "Иван Кублаханов". Грубо говоря можно заключить его в идее о том что вот живёт себе чувак а оказывается он вобще чей то сон. И когда он спит просыпается тот самый который его снит. Казалось бы, вот опять загнул Пелевин со своими теориями. А на самом деле это сосвершенно реально. Увы. Весьма даже чересчур. Зависимость. Есть такая штука. Её сценарий в точности повторяет суть рассказа. Когда ты зависим ты существуешь только когда спишь, а то бишь когда засыпаешь себя под очередной дрянью. А когда не спишь то вроде и как не существуешь, всё ждёшь когда, ну когда доберёшься уже до этого, и ничего не клеится, и всё раздражает, ты действуешь на паузе, на временном питании, на ожидании того момента когда сможешь опять заснуть. А точнее, на каком то этапе уже и несовсем понятно когда ты спишь а когда бодрствуешь ибо только "под влиянием" ты способен чувствовать, радоваться, проникаться, сокрушаться итд итп.. вобщем жить. А во всё остальное время твоё существо спит. В ожидании следущей порции. То есть ты конечно функционируешь (в лучшем случае) ходишь куда надо, делаешь что надо и говоришь то что от тебя ожидают.. но тебя на самом деле там нет.. ты спишь.. в ожидании.. следущей
порции.. которая разбудит в тебе ту личность.. с переживаниями, ощущениями и впечатлениями которая существует только "под влиянием", та личность которую ты так и не сумел найти на чистую голову.. ибо гораздо проще найти её Так.. а в реальности ведь не всё так просто.. отсюда и побег.. в сон.. но вот.. когда реальность превращается в сон в ожидании той самой химической реальности (которая и есть тот самый сон) вот тогда уже и не понять, как у Пелевина.. кто снит кого.. кто тут Иван Кублаханов |
|
|
| (no subject) |
[Feb. 17th, 2006|02:52 am] |
Я не люблю цветы и шоколад. Я предпочитаю прохладу теплу потому что она освежает. Мой любимый запах это воздух после дождя а самое вкусное это несомненно просто вода. И я не понимаю почему люди так боятся дождя. Я обожаю когда скрипит стекло когда его моют и когда хлопают громоздкими печатями. Я обожаю игрушки, воздушные шарики, мыльные пузыри и раскрашки но совсем не обожаю детей.
Я не смущаюсь зарекатся, твердо помня что это в силе только на ближайший момент, наверно потому что мое мнение нужно мне не на потом а на сейчас.
Я не верю в альтруизм, но приветствую милую форму эгоизма когда тебе хорошо только от того что хорошо другому.
Я так и не решила для себя что мощнее – сила или легкое касание а также фул волиум или еле слышные аккорды. Но сильнее всех конечно тишина.
Я не пытаюсь понять мир, понимая заранее что это бесполезно, я просто разрешаю себе его ощущать ровно таким как сейчас.
Я ненавижу слово использовать, ведь оно опустошает... пользуясь кем-то, ты теряешь себя ровно настолько насколько отдаляешь себя от него.
И поскольку презрение и пренебрежение даются людской натуре слишком легко, мне кажется не стоит торопится... а стоит попробовать просто понять.
Я также не понимаю почему люди так легко забывают про себя, в поисках чего то внешнего, погружаясь в фобию "неудобно", пытаясь выскочить из собственного пузыря и взглянуть на себя со стороны... ведь в конечном же счёте, от себя не убежишь.
И наверное поэтому мне непонятно почему люди так боятся себя, называя это одиночеством, истерично пытаясь окунуть себя в ком то другом... что может подарить другому человек, которому не хватает самого себя?
Я верю что ложь хуже любой обиды а ложь себе хуже всего.
А, и ещё... мне кажется что не нужно особой причины чтобы улыбнутся себе. |
|
|
| Старость и Теория относительности |
[May. 28th, 1998|09:09 am] |
Ты взрослеешь не в тот момент когда начинаешь привыкать ходить на свадьбы, а потом бриты, тридцатники, семейные ужины и прочие скучные сборища. И ты стареешь не от того что твоя голова забивается машкантами, счетами и электроприборами а сессии вдруг вспоминаются крайне тепло именно потому что успели превратится в память. Ты взрослеешь не тогда когда пятничный вечер перестаёт отличаться от любого другого а в любой другой ты как всегда предпочтёшь домашние посиделки выходу. Посиделки на которых почему-то никто уже не пьянеет, наверно потому что напиваться виски 11-летней выдержки это почти моветон. (Да, и ты начинаешь пользоваться какими то непонятными словами!). И нет, только потому что когда ты начинал курить пачка Л&М стоила 4.10 и у тебя всегда в кармане были асимоны а проезд в автобусе тогда стоил 1.70... нет, всё это совсем не делает тебя стариком! У тебя просто хорошая память! И именно поэтому ты ясно помнишь день смерти Цоя и как все собрались во дворе и слушали уже до того заслушанные все его песни. И даже теперь, 15 лет спустя, каждый раз слыша его песню ты помнишь этот день.
Всё дело не в этом. Возраст это не функция летоисчисления, ни образа жизни, ни музыки которую слушаешь. Это функция закрытых пред тобою дверей. Некоторые мы закрываем сами, некоторые нам изначально и открыть не дано, всё конечно же относительно, но как не поверни с каждой закрывающейся дверью на тебя накладывается ещё одна морщинка и прочно отпечатывается в твоем взгляде. И на вот этих вот трезвых посиделках ты стареешь лишь от того что вдруг никто уже не говорит о том кем хочет стать ибо все уже кем то стали, да хоть кем. И это Кем уже под вопросом никак стоять не может ибо оно здесь и сейчас, а Здесь и Сейчас рассматриваются только когда болит, а если не болит значит ты здоров, значит и рыпаться нефик. Живи себе, старей на здоровье. |
|
|
| Всё возможно |
[May. 25th, 1998|03:33 am] |
Вот бывает так что выйдешь на улицу вечером, налегке, так и побредёшь куда глаза глядят.. просто, без особого местоназначения, моциона ради. А вобще... нихуя так не бывает ибо намного приятней укутаться под пледом дома, фтыкать в какую нить увлекательную книжку и лакать горячий чай. Хотя.. если уже ты дома то ффтыкать ты будешь скорее всего в комп и сосать пиво а не чай.Ну хоть бы на телефон ответила, животное! Не.. лень. А зачем? Я прекрасно ебу себе мозги самостоятельно. Я даже делаю это лучше чем любой другой. Этим наверно и отличается ебля мозгов от обычной ебли – тебе воистину никто другой там не нужен, ибо ты прекрасно делаешь это сам.. и даже лучше.
Вот выпало у меня три дня выходных, причём посреди недели. Ухнула по началу от собственного счастья ибо сама идея о том что никуда не надо идти и ничего, ну просто ваще нафик, не нужно делать, просто кружит голову.. или это пиво? По любому это будет отдых и отдых нетто.
День 1
Сон.. Сон.. сонсонсонсонсоннннннннннннн... боже как это упоительно.. вернее сам процесс вполне удручает ибо ты не в силе ощутить всю его красоту, ведь ты же дрыхнешь но сам момент ленивого ЕСТЕСТВЕННОГО пробуждения осознавая что ты можешь ещё столько же проваляться в постели.. ммм.. вот он то и стоит всех потраченных до сих пор часов. Парадокс – чем больше спишь тем сонливей тебе. В общей сложности проспали часов 18, если учесть ещё и послеобеденный дрых.
День 2
Что ли сделать чего нить? Ха! Это совесть проснулась. Эта сраная тётка следящая за общей продуктивностью и функциональностью. А накося – выкуси, тётя! Нихуя я не буду делать. Буду тупо ффтыкать в комп.
Так прошёл день второй.
День 3
Лень. Мне безгранично, объемно-пространно лень. Что либо. Что в принципе означает всё. Надо бы что ли пожрать чего то, не помню когда это было последний раз, но для этого нужно хотя бы встать, решить чего взять а потом ещё жевать.. неее.. впадлу. Что то холодно вдруг стало, надо бы достать чем то укрыться что ли, но.. лень. Ведь холод это психологическое явление, достаточно только представить что тебе не холодно и всё пройдёт. Эта песня.. она играет помоему уже пятый час.. надо бы сменить что ли.. я уже не только знаю её наизусть, каждый аккорд проигрывается через меня, буквально. Лень. А спать совсем не хочется. Организм предатель, нет чтобы забыться, неет, бдит собака. Вдруг, несовсем осознавая всего происходящего, как во сне, как под гипнозом я встаю и как лунатик просто бреду в коридор, а оттуда в салон а оттуда за входную дверь, на тёмную холодную улицу. Бреду куда глаза глядят, вдыхая ночной прохладный воздух, без особого местоназначения, подставляя себя ветру и он молодец – будоражит! Ах это наверно потому что я забыла одеться.. ну да.. хуйня. Вдруг ты чувствуешь капли у себя на лице. Дождь. Вроде не в тему ведь ты без зонтика, но ты идёшь, постепенно намокая, ты вдруг хуеешь от этого ощущения – ты ещё здесь! Тебе казалось что тебя уже нет, ан нет, вот она ты – мокнешь, зябнешь под этим ветром.. значит ты здесь! И ты понимаешь что точно также как вот этот дождь всё может случится завтра, да какое завтра, вот в следущий миг, ВСЁ ВОЗМОЖНО. И ты украдкой понимаешь что улыбаешься. Только от того что не знаешь что с тобой будет завтра. |
|
|
| navigation |
| [ |
viewing |
| |
most recent entries |
] |
| |
|
|
![[info]](http://l-stat.livejournal.com/img/userinfo.gif){kind=small}
nesovsem's journal